Never Say No To Cardiff

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Never Say No To Cardiff » Game » Вы все еще не обладаете грацией бегемота? Тогда мы идем к вам.


Вы все еще не обладаете грацией бегемота? Тогда мы идем к вам.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://31.media.tumblr.com/c39faccb8dc638837d249852c8b8e364/tumblr_myxq97EnKe1re76pwo1_500.gif
Кто: Аляска Адлер, Валентин О'Салливан
Где: библиотека
Когда: вероятно, июль

+2

2

Валентин проснулся в четыре утра - ровное дыхание рядом, на соседней подушке рисуется четкий знакомый профиль, будто приложили трафарет и наскоро залили черной краской  из баллончика нервными дерганными движениями, вылезая за края: он знает, как линия губ плавно переходит в улыбку, знает, как брови хмуро сходятся на переносице, как идеально выделяются мышцы на шее, когда Кевин откидывает  голову. Знает каждый штрих, куда положить тени и света, где чиркнуть толстым углем под бликом бездонный зрачок, а где размыть бледной акварелью тонкую кожу - и поэтому, нервно сопя, подорвался в четыре утра за карандашом. Пока Кевин не проснулся и не вдавил назад в подушку привычным захватом, из которого Валентин не особо и вырывается  - сколько переломано карандашей, разлито красок и порвано листов таким методом уже не перечесть; без обид, конечно - компенсация потерянным наброскам слишком приятна.
В пять миссия была провалена, Кевин разбужен, а карандаш с хрустом переломлен и скинуть под кровать, пришлось подчиниться и задремать, поглядывая в полглаза на расцветающие рассветными красками обои - нежные розовые переплетались и желтым, рыжими пятнами пробивались сквозь шторы, давя по больному (столько рассветов упущено, что от обиды скручивает в тугую веревку). Зарывшись по самые уши в одеяло, Валентин яростно сопротивлялся - зевал, ерзал и шептал недовольства - но уснул, проснувшись замерзшим и оставленным под этим самым одеялом в одиночестве.
В половину первого дня, под шипящие звуки с кухни и собственное ворчание, Валентин спускает босые ноги на холодный пол, недовольно жмурится и решает ничего не делать, падая назад на кровать. Спустя две минуты, пятнадцать секунд и четыреста двадцать три овцы, перепрыгнувших через радугу вместо классического забора, Валентин решил, что ему пора, во-первых, распахнуть шторы, во-вторых, разведать обстановку в доме, в-третьих, выпросить самостоятельное передвижение до библиотеки и назад (ну я же пулей, туда и обратно! ладно, сравнение не очень, не доставай пистолет, я не хочу проверять скорость пули). Первое было выполнено очень быстро, перебежкой до окна и назад. Второе спустя пятнадцать минут, выглянув из-за угла на кухню - чешский перемешанный с английским от Марии шарахал шотганом прямо в голову, но так было даже проще: Валентин благодарил всех, кого мог, за то, что жил в Баварии и имел представление о языке соседей. Никого нет. Кроме двоих (+1 потенциальный) и своры собак. С третьим было сложнее, страшнее и опаснее - четкое "нет", словно вылетавшее из уст откинувшейся Долорес Ленц в тот день, когда Валентин планировал накидаться алкоголем до полусмерти. "Да", - вдавливает Валентин и выходит в окно. На первом этаже. Выходит с целью вернуться через полчаса, груженным книгами до двойного превышения собственного веса.
- Аляска-Аляска-Алясушка, мне нужна вся ты и еще плюс миллион, где ты е-е-есть, - Валентин вприпрыжку проскакавший пару кварталов, сто тысяч переулков и заворотов, едва дышал и одновременно пытался изображать бесконечное веселье. Уперевшись ладонями в стол, он согнулся в пополам и пытался усмирить отдышку, но вредное создание никак не решало успокоиться. Бешено колотящееся сердце верещало от испуга что-то вроде "Разворачивайся и въебывай назад в том же темпе", но желание захватить себе в самую высокую башню в тридесятое королевство новой литературы, отобранной самостоятельно, перекрикивало сердце-истеричку и не давало ему шансов.
- Мне нужен Бидструп, прием! - Валентин смело шагает к одному из стеллажей, выхватывая книгу за книгой, перелистывая страницы абсолютно не глядя, шлепая ненужными об пол и посапывая от натуги, проводя пальцем по строчкам в содержании, - Бэ, бэ, бэ, Бидструп, бэ, Аляска! - он ползет приставным шагом от полки к полке, ногой подгоняет к себе колченогую табуретку и опять, не глядя на ее целостность и устойчивость, наступает, чтобы быть поближе к увесистому тому. Он даже успевает зависнуть на пару секунд, ухватиться кончиками пальцев за корешок, прежде чем табуретка, явно не предназначенная для бытового альпинизма, с треском обламывается в надломленной ножке. Грация бегемота, как заботливо заметил Кевин, срабатывает на ура, и вместе с Валентином вниз летят и Бэ, и Цэ и даже Дэ.

+3

3

Как должно начинаться утро молодой симпатичной девушки? Наверное, с поцелуя в шею, завтрака в постель или букета розовых пионов с запиской "За божественную ночь". Вот только у Аляски Адлер все бывает совсем иначе.
        - Да, да, да, встаю, встаю, - бормочет Аляска, пряча голову в подушку. Будильник звонким подобием соловушка поет ей, что пора на работу. Очередную работу. Что-то большое и тяжелое прыгает с полки прямо на нее, отчего девушка вскрикивает на всю квартиру. - Принглз! Наглый котяра! Я встаю!
        Нехотя потягиваясь Адлер встает с кровати и тут же падает, понимая, что наступила на что-то маленькое и колючее. "Похоже на сердце моей заведующей в библиотеке", - с улыбкой на губах думает Аляска и на носочках идет в ванную.
        Ее утро похоже на все предыдущие. После переезда в Кардифф жизнь будто пошла по схеме, которую было сложно нарушить. Одни и те же люди, те же лица, та же работа. Она надеялась, что спустя год жизни в Уэльсе все измениться. Ну хоть немного. Но Аляска все так же бегала с одной работы на другую, мелькая то тут то там в толпе. Пару случайных знакомств, несколько свиданий, пятничные встречи с друзьями - ей казалось, что это больше похоже на жизнь одинокой сорокалетней женщины, а никак не недавней выпускницы Оксфорда.
         Вчера у нее было совещание в Y Dinesydd, где решался вопрос о ее повышении до полноценного журналиста. И, о как не странно!, ей отказали в продвижении по карьерной лестнице. Аляска не удивилась, поэтому купила себе ведерко мороженого, успокоилась и легла спать. Это была не первая ее неудача и, скорее всего, не последняя.
          Перехватив пару тостов по дороге, Адлер на ходу натягивала платье и туфли. Кто в библиотеке смотрит на то, как одета служащая? Еще полгода назад Адлер панически боялась выйти из дому без макияжа и прически. Сейчас девушка заботилась об этом, только когда шла на прогулку.
          Стоило ей выйти, как машина, проезжающая мимо, обрызгала ее из лужи. Единственной долбанной лужи, которая осталась после ночного дождя.
          "Замечательно! Просто супер! Почему я не удивлена?" - поджав губы подумала Аляска, садясь в такси. Водитель монотонным голосом спросил, куда ехать, и, утратив к ней интерес, включил радио. Адлер откинулась на сиденье и забарабанила пальцами по коленке. Утренний Кардифф не Лондон, конечно, но дороги от этого свободнее не становятся. Ей хотелось быстрее доехать до библиотеки, чтобы приступить к работе. Хотя это далеко не то, о чем она мечтала. Сидеть на месте и улыбаться посетителям - не лучшее занятие для нее. Скука и однообразие просто убивали, будто выедали ее изнутри.
          Аляска боялась того, что скоро ее жизнь превратится в серые будни. Она бы с радостью все изменила, бросила все - работу, квартиру, Кардифф -, но что-то держало ее. Не давало просто уйти. Ведь у каждого есть какая-то навязчивая идея. Для нее - найти отца было самым важным. Когда не осталось совсем никого, человек, приложивший... руку к ее рождению - последний лучик света.
          - Мисс Адлер, вы могли бы и поспешить! Снова опоздали! - недовольной курицей прокудахтала ее "коллега" из детского отдела. Это была женщина лет пятидесяти с огромной копной рыжих волос, которые были настолько выжжены краской, что, казалось, малейшая искорка огня могла сжечь их за полсекунды. Порой в голову Аляски приходила грешная мыслишка под каким-либо предлогом поднести к этой красавице спичку, но потом ее миролюбивость брала верх.
          - Миссис Роудер, что бы я без вас делала? Больше никогда такого не допущу! - приторно улыбнувшись, Адлер направилась в свой зал, на ходу добавив себе под нос: - Сейчас кто-то опять побежит к заведующей...
          Не прошло и минуты, как грузная женщина выскользнула из своего отдела и побежала на второй этаж. Адлер закатила глаза и села за стол. летом мало кто приходит в библиотеку, потому тихо было, как в склепе. Где-то неподалеку говорила по телефону секретарша, дико хохоча, наверное, с очередным хахалем. Эта девушка была не обделена умом, но почему-то вела себя, как последняя дура. Правда, Аляска хорошо к ней относилась, когда секретарша переставала играть роль вечной кокетки.
          Вскоре после обеденного перерыва в библиотеке появился посетитель. В такие дни это особо ощущается, ведь даже воздух будто меняется с приходом нового человека.
          Кто-то быстрым шагом вошел в ее зал и потребовал Бидструпа. Слегка сонная, Адлер не сразу поняла, что нужно посетителю и тупо уставилась на высокого мужчину, стоявшего к ней спиной. Негодование возросло в ней бешеной волной, когда посетитель начал швырять на пол книги, ища своего Бидструпа.
          - Что вы себе позво...ляете? - спросила девушка, закончив вопрос смехом. Мужчина, отшвыривавший книги и столь вальяжно говоривший с ней, оказался никем иным, как Валентином. - О боги, это ты! Валентин! Остановись немедленно! Что ты делаешь с книгами? - детский восторг захватил ее и, желая остановить поиски парня, Аляска попыталась остановить его, попутно свалив несколько книг с полки. Наклонившись, чтобы собрать их, Адлер задела еще несколько и те с грохотом свалились на пол.
          И тут, словно в замедленной съемке, табуретка, на которой стоит Валентин с треском ломается. Он пытается схватиться за корешок книги, а Аляска, со свойственной ей "грацией" отступает назад, спиной упираясь в стеллаж, который, шатаясь, падает.
          - Нее-е-ет, - закрыв лицо руками, шепчет Аляска и молит всех святых, чтобы никто не пришел. - Валентин! Ты... ты... бегемот! - отчаянно сдерживая смех, девушка ударила парня в плечо.

+3

4

Космическая несправедливость. Косметическая тоже - на чьей роже останется совсем не очень красивый синяк от Б - Берроуз, Б - Берджесс, Б - Буковски, Б - его я тоже не знаю, как и предыдущих, пролистывал в поисках картинок, но они все были одинаково не достаточно мои, не хватает чернильных усиков и выбитых зубов. Проверил свою челюсть на травмы, прикусил язык, тронувшихся зубных составов не обнаружено - хотя с платформы определенно кто-то отпускает пару-тройку нецензурных сигналов. Где-то по щеке кровь, смахнул пальцем и сразу по ссадине, так что зашипел и зафыркал как большой недовольный...
- Бегемот! И ты бегемот, и я бегемот, и Кевин тоже так сказал! Все бегемот, наш мир один сплошной бегемот без Бидструпа. Ты еще не нашла его? - драка, драка, не запланированное сражение с ветряными мельницами, Валентин не знает, откуда доставать свой воображаемый меч и зачем этот безжалостный разрушающий то, что еще не до конца разрушено им самим, дракон так строго упирается в него взглядом, смеется и атакует.
Грохот стукающихся друг об друга стеллажей - люблю домино, обожаю домино, одной фишкой разнести половину планеты и спихнуть на непогоду - долбит по ушам, от каждого последующего Валентин картинно жмурится и подергивает плечами. Когда адские звуки прекращаются, а падать становится ну совсем уже нечему, он решается виновато посмотреть в глаза Аляске. Просто так, мяукнуть и шоркнуть лапой по паркету, мол это все солнечные зайчики виноваты, а я мимо проползал. За книжкой. Случайно. Котов бить нельзя (а бегемотов - тем более!). Но судя по атмосфере, зависающей над раскинувшимся во всей своей красе литературным кладбищем, отпиздят кого-то в ближайшем будущем, и даже не нужно показывать пальцем, кого.
- [b]Вот чисто технически моих разрушений тут только на первые четыре полки стеллажа, а остальное какой-то странный ураган, я тут абсолютно совсем не при чем. Привет[/b], - кстати, мы ведь не виделись очень много, я ни с кем не виделся еще больше, а ты так выросла, может, жениха нашла уже, скоро школу заканчиваешь? Аляску хочется трепать за щеки, усаживать в кукольный дом и устраивать с ней чаепитие с самым сладким тортом, отдавать кусок с розочкой и вообще всячески угождать, а не требовать гигантский том с картинками. Хочется, но не можется - Валентин предпринимает попытку разгрести книги хотя бы вокруг себя и встать, но в этой программе опять что-то идет не так, плотные листы новой книги проходятся резко по пальцам до нового визга негодования и рассеченной кожи. Кто не талантливый, тот не Валентин.
- Пусть эта библиотека готовит адвокатов, она какая-то не очень приветливая, - палец замотан в край футболки, Валентин - в скорбь по почившему в пучине книжных трупов Бидструпу, Аляска - в недоумение и негодование, по предположениям самого Валентина. Но та еще умудряется смеяться (что-то в отношениях с женщинами он явно упустил, истеричные реакции? одобрение? уничтожение? звезда смерти?), из чего он пытается строить логичные выводы, но получает синенький экран смерти прямо в голову. Что не мешает ему подняться на ноги и, оглядев учиненный погром, присвистнуть. С эхом.

- [b]Кстати, то замечательное "не-е-е-ет" нужно было записывать на камеру, а потом им заменять все похожие моменты в кино, я бы так сделал и срубил на Ютубе сто миллионов плюс один просмотров, как ролик про овечку, только про Аляску, представь, какая крутая  и знаменитая ты бы стала, и ушла из этой библиотеки и не получила бы. А теперь получишь, -[/b]  Валентин перешагнул через объемную горку книг, попытался поднять упавший стеллаж, но только разуверился в своих способностях супермена  - а  Кевин бы призвал брата, и еще много кого-нибудь, и они все дружно бы все подчистили, парой гранат. Нет библиотеки - нет бардака - присел на стеллаж, выхватив первую попавшуюся книжку.
- Давай погадаем. Получим ли мы за всю эту красоту? С тебя страница и строчка.

+3

5

Аляска прекратила мутузить несчастного Валентина, услышав незнакомое имя. Никаких "Кевинов" она никогда не знала, не мсотря на то, что имя это довольно распространенное. Наличие непонятного "Кевина" указывало на то, что у ее друга есть еще друг, при чем такой, который, наверное, видел его на протяжении этого года.
- Куда ты пропал, несчастье ты ходячее? - девушка посмотрела на парня, сжав губы, и хлопнула его по рукам. - Прекратить панику! Не мельтешить! На кой черт тебе этот Бидструп сдался? Ради него ты мне всю библиотеку разгромил! Что прикажешь делать, а?
Пытаясь, точно как Валентин, выбраться из кучи книг, Адлер чертыхается под нос и опускается на пол. Хочется плакать от бессилия и понимания того, что ее вытурят с работы. Хочется бить Валентина по голове его чертовым Бидструпом - если еще удастся его найти - попутно кормя его страницами книги. Хочется жмякать парнишку в объятьях, радуясь встрече, послать подальше заведующую библиотекой, показать ей средний палец, станцевать победный танец на куче книг и смотаться подальше, пока никто не вызвал полицию.
- Ураган? Валентин чертов ты Ленц! Встань немедленно и вытяни меня из этого окопа книг! - Аляска истерически хохочет, пытается сделать серьезное лицо и разбрасывает Бальзака и Буковски.
Валентин игнорируя ее просьбу пытается поднять стеллаж и Адлер закрывает лицо руками, заполняя смехом огромный зал. Ее взгяд падает на наручные часы, потом скользит к часам на стене и в глазах девушки загорается надежда.
Она всеми возможными силами разбросала книги и, разодрав об острые края коленки, вылезла на свободную от вражеской оккупации территорию. Тоскливо посмотрев на масштабы разрушения, юная библиотекарша села на стеллаж рядом с Ленцом и прижалась к его плечу.
- До конца обеденного перерыва сорок минут. Я не имею представления, как ты прошел и что мне будет за все, что ты натворил, но у меня нет ни малейшего желания все тут убирать. Но, если меня уволят, с тебя - моя месячная зарплата, - забрав у парня книжку, Аляска щелкнула его по лбу и, выбрав из кучи позади Брэма Стокера, протянула ее. - Страница пятьдесят шестая, девятая строчка.

+1

6

- У нас есть сорок минут, чтобы найти тебе новую работу и уйти побыстрее, но я устал, - Валентин вытягивает ноги, упираясь носками кед в кучу книг, - и поэтому пока мы развлекаемся с товарищами со старой, - он предполагает, что Аляска могла здесь нажить себе врагов. Библиотечные книжные черви те еще гады - ну кто может бесконечно ворчать и создавать такую тишину, от которой звенит в ушах? Ужасно, отвратительно, бесподобно - Валентина такие места вгоняют в ступор и мешают мыслить, потому что кое-кто слишком сильно привык к шуму и решать проблемы вслух. Кевин  должен научить его работать головой, там, шестеренками, но никогда до работы и не доходит. Записать в список необходимых дел - Валентин ставит мысленную галочку, но эффекта от нее можно и не ждать. Ленц как маленькая золотая рыбка в огромном прозрачном аквариуме с кучей интересных штук вокруг, на которые ему, рыбке, обязательно нужно посмотреть, выпрыгнуть за границы. То, что на воздухе, без присмотра, он может как минимум сдохнуть просто потому что он - рыбка (гей, художник, идиот - все вписывается в одну характеристику), как максимум мучительно погибнет под чьей-нибудь меткой пяткой или когтистой лапой, Валентин забывает. Как и всю очень важную информацию в принципе.
- С меня твоя месячная зарплата, я запомнил, - галочка в списке дел, вылет в другом ухе со свистом. - Могучий ум и железная решительность ушла с ним за пределы его земной жизни и теперь направлена против нас, - Валентин озвучивает указанную строчку на нужно странице с выражением полной серьезности и ответственности на лице, хмурит брови и затихает, въезжая в только что прочитанный текст, - Кажется, это про твое начальство. Слишком суровы? Вздернут на пиках? - он подталкивает книгу под ногой к общей куче и приобнимает Аляску, устраивая Стокера на соседних коленках. Очень уютно, не хватает зимы и камина с носками над ним.
- Я не пропадал, я переехал к Кевину. Там все очень тяжело объяснять, и я не все сам понимаю, но лучше не спрашивай. Тебе ведь будет достаточно знать, что мы любим друг друга, и что со мной все хорошо? Видишь, я страдаю только от бешеных книг, - рассеченная щека начинает щипать и нервировать, Валентин проводит ладонью по порезу, шипит и морщится. Очень не красиво. - Мы, конечно, можем просто так дожидаться наказания, а можем начать уборку. Как считаешь, попытка нам где-нибудь зачтется?

0


Вы здесь » Never Say No To Cardiff » Game » Вы все еще не обладаете грацией бегемота? Тогда мы идем к вам.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC